Мастера особых поручений  - Дарья Кузнецова

Однако лечь спать пораньше женщине не было суждено. Наследник уснул, и Олира едва успела выйти в гостиную, когда охранник доложил о визите Деналя Мисори. Королева без особого желания велела пригласить.

Разговаривать с арлаккатом… не хотелось. Она не винила его в преступлении отца, искренне сочувствовала его горю — все же тень, павшая на лакката Мисори, в любом случае заденет и его тоже. Однако не имела сил и желания объясняться с ним, рассказывать о мотивах своих поступков, предъявлять доказательства и успокаивать праведно разгневанного мужчину.

Но дело не только в этом. Олира вдруг поняла, что просто не рада его видеть. Две недели назад его визит заставил королеву улыбаться, поднял настроение, а сейчас — вызывал досаду. Докучливая обязанность.

За такое отношение сразу же стало стыдно. Выходило очень некрасиво и даже мерзко: пока Олира оставалась одна и никто о ней не вспоминал, Деналь был нужен и интересен, а сейчас, когда вдруг нашлась куча других дел и людей, она готова его прогнать. Поэтому женщина приветливо улыбнулась и даже поднялась с кресла, чтобы поприветствовать гостя.

— Здравствуйте, Деналь.

— Добрый день, ваше величество. Я хотел…

— Давайте не будем, — поспешила перебить его королева. — Я надеюсь, история с вашим отцом никоим образом не скажется на вас, я приложу к этому все усилия. И, надеюсь, вы не станете держать зла за его арест.

— Его уже арестовали? — уточнил Деналь. Как с недоумением отметила Олира, без особенного удивления. — Это закономерно.

— И вы не удивлены, что ваш отец оказался замешан в преступлении? Что он убил короля и сдал Белую крепость Пеналону? — нахмурилась королева.

— Он совершенно помешался на идее отомстить за Дайру и ради этого был готов на все, — спокойно сказал мужчина. — Я бы, скорее, удивился, если бы он отказался от этих мыслей. Зря он связался с Шанталье, дружба с Пеналоном до добра не доводит.

Сочувствие к арлаккату с каждым его словом улетучивалось, оставляя неприятный осадок.

— Связался с кем? — удивленно вскинула брови Олира, пытаясь вспомнить смутно знакомую фамилию. Беда в том, что пеналонские имена в большинстве своем были созвучны и очень путались в голове.

Вопрос неожиданно поверг Деналя в замешательство и странное волнение. Он замялся, попытался ответить, но промямлил нечто невнятное и в итоге поспешил сменить тему, но тут Олира вспомнила.

— Погодите, а ведь это тот пеналонский безопасник, который помог привезти бомбу, Ильнар говорил, — сказала она. — Откуда вы его знаете?

— Не помню, видимо, отец когда-то упоминал, — поспешно ответил Деналь. — Ваше величество, но я пришел поговорить совсем о другом!

Олира еще больше нахмурилась и хотела одернуть собеседника, но передумала. Эти оговорки и смущение арлакката наводили на очень нехорошую мысль, с озвучиванием которой спешить не стоило. Сначала обдумать и, пожалуй, обсудить с Тавьером.

Лаккат Мисори производил впечатление достаточно жесткого и скрытного человека, стал бы он в разговоре с сыном, отношения с которым и так не ладились, упоминать о каких-то своих знакомствах с пеналонскими безопасниками? Олира затруднялась представить контекст разговора, в котором это могло всплыть случайно.

— Хорошо, Деналь, я вас слушаю, — кивнула она.

— Я понимаю, что это может прозвучать неожиданно, самонадеянно и… глупо? — Арлаккат заерзал, словно сидел на иголках. Потом вдруг вскочил. — Ваше величество, я… Олира, я люблю вас, — наконец решился мужчина, опустился перед ее креслом на одно колено, бережно взял руку в свои ладони. — Я давно это понял, пытался бороться со своими чувствами — я ведь недостоин вашего внимания. Но это сильнее меня. Если бы я мог мечтать хотя бы о снисхождении…

— Вы предлагаете мне выйти за вас замуж? — неживым голосом уточнила женщина, чуть склонив голову к плечу.

— Я… прошу разрешить любить вас, не смея мечтать о большем. Но если вдруг… Если у меня есть шанс надеяться…

Несколько мгновений Олира растерянно смотрела на него, почти не моргая, и прислушивалась к себе.

Красивый, интересный мужчина стоит на коленях, признается в любви, ничего не просит и не требует. Что-то же в ней должно отзываться на эти чувства, на красивые, словно в романе, слова! Наверное, каждая женщина о таких мечтает, и Олира тоже… ведь когда-то мечтала, да. Буквально несколько дней назад мечтала! Причем, кажется, об этом самом мужчине.

Пожалуйста, мечта сбылась. Наверное, сердце должно дрогнуть, она должна погладить Деналя по щеке, улыбнуться… Пасть в его объятия, наконец!

Только почему-то этого совсем не хотелось, и радости от признания королева не испытывала. Она ощущала странную тоску и досаду, словно смотрела скучное театральное представление. И стыд, потому что столько времени давала арлаккату надежду, тепло принимала, улыбалась и называла по имени вместо того, чтобы быть с ним просто вежливой. И целиком ее вина, что она сидит сейчас и, испытывая скуку, мучительно подбирает верные слова для отказа.

— Деналь, я… не знаю, — глубоко вздохнув, наконец заговорила Олира, так и не решившись на твердое «нет». — Все это слишком неожиданно, и… обстоятельства не располагают к тому, чтобы думать о чувствах. Гибель Ерашия, все последующие события…

И вдруг поняла, что за эти слова еще более стыдно. Она ведь понимает, что любовь этого мужчины ей не нужна, по какой-то причине стала совершенно неинтересна, и вряд ли в ней вспыхнут какие-то чувства, кроме чувства вины. А вот эти попытки свалить все на покойного мужа и траур выглядят жалко и убого и больше похожи на эгоистичное стремление удержать Деналя при себе. Так, про запас, на всякий случай, чтобы под настроение купаться в лучах его чувств.

— Что вы, Олира! Я ни в коем случае не хотел…

— Простите, но я не могу ответить на ваши чувства, — подстегнутая стыдом, все же сказала она прямо. — Я не хочу вас обидеть, но обнадеживать вас будет низко и подло с моей стороны. Все, что я могу предложить вам, это моя дружба. И сейчас и в будущем.

— Это и так больше, чем я смел рассчитывать, — после короткой паузы проговорил Деналь, явно пытаясь скрыть неловкость и разочарование. Вновь осторожно коснулся губами женских пальцев, выпустил руку. Замер на мгновение, потом рывком поднялся и поклонился. — Я… прошу прощения, что нарушил ваше уединение. Не смею сейчас навязываться, но надеюсь, в следующий раз вы все же согласитесь меня принять?

Что бы он ни говорил про «не рассчитывал на ответ», но когда «не рассчитывают» всерьез — просто не признаются.

— Разумеется, Деналь, — кивнула королева.

Скомканно попрощавшись, арлаккат вышел, а Олира осталась в смятении. Правда, оправиться от сложного разговора снова не дали.

— Здравствуйте, Ильнар, — улыбнулась она явившемуся безопаснику.

Королева поймала себя на мысли, что этому новому посетителю она рада несравнимо больше.